Русская Православная Церковь
Московский Патриархат
Белорусская
Православная Церковь

При использовании материалов
ссылка на сайт
www.spas-monastery.by обязательна

Дорогие гости сайта!
Если у кого-либо из вас сохранились материалы, касающиеся истории нашего монастыря (документы, фотографии и др.), пишите нам по адресу электронной почты spas.monastery@gmail.com Будем благодарны за любую помощь.

Воспоминания протопресвитера Георгия Шавельского

Распечатать

Протопресвитер Георгий

Не забыть г. Полоцку великих для него дней 20–23 мая. Небольшой уездный городок, он в эти дни нарядился и как бы расширился, приняв десятки тысяч богомольцев, стал многолюдным и шумным и при неумолкающем звоне колоколов, непрерывающихся и днем и ночью в храмах богослужениях зажил особенною торжественно-духовной жизнью. Полоцк, как будто забыв свое незначительное настоящее, вернулся к прежнему старому славному времени. Было время, когда велик и славен был Полоцк. Сверстник Новгороду, он в пору святаго Владимира стал стольным городом княжества Полоцкаго. Равноапостольный князь послал в Полоцк княжить своего сына Изяслава. Князь поселился в Полоцке. Где был князь, там были и другия власти. Тут же жили и епископы с многочисленным духовенством. Православные князья способствовали распространению и укреплению православной веры. Полоцк скоро стал славиться множеством православных церквей и монастырей. Вместе с политической и церковной славой высока была и торговая слава Полоцка: купцы полоцкие вели большия дела с купцами рижскими и заморскими; торговыя суда безпрерывно тянулись от Полоцка вниз по Двине в Ригу и обратно. Жизнь в Полоцке била ключом. Потом сменились времена. Полоцкое княжество потеряло самостоятельность; Полоцк стал переходить из рук в руки, подпадая под власть и Литвы, и Польши. Православная вера и ея исповедники подверглись притеснениям от католиков. Особенно тяжелая пора для полоцких православных настала с конца XVI века, когда король польский Стефан Баторий, отняв у Грознаго Полоцк, поселил в нем иезуитов и отдал в их распоряжение большия владения, в том числе и нынешний Спасо-Евфросиниевский монастырь. Ловкие, умные и настойчивые, они быстро стали распространять свое господство над православным местным населением. Иезуиты господствовали здесь до начала XIX века. <…> Тут была резиденция генерала иезуитскаго ордена, тут была иезуитская академия, тут был главный иезуитский монастырь, из котораго уже по всей России расходились эти ярые враги православной церкви. В 1820 г. иезуиты были изгнаны из России. <…>

В 1833 г. значительно оживилась жизнь в Полоцке. В этом году был назначен в Полоцк православный епископ, поселившийся затем в городе. В Полоцке теперь стало два епископа: православный и униатский, при них – два управления. Незавидно стало в это время в Полоцке дело православия. Прибывший православный епископ Смарагд жаловался в письме Обер-Прокурору Св. Синода, что во всем Полоцке православных не более 400 человек, остальные – униаты, католики и евреи, что на совершаемыя им богослужения и ходить некому. С прибытием в Полоцк православнаго епископа спешно начались частныя возсоединения (отдельных приходов и лиц) униатов с Православною Церковью, а в 1839 г., в феврале, состоялось и общее возсоединение. Возсоединение произошло при торжественном богослужении, совершенном в Полоцком Софийском соборе тремя епископами: Иосифом Семашко, Василием Лужинским и Антонием Зубко с многочисленным духовенством. Возсоединение униатов имело огромное значение и для Православной Церкви, и для Русскаго Государства, так как униатов (русских, бывших православных людей) готовили к полному окатоличиванию и ополячиванию, теперь же они были спасены от такой участи. Возсоединение поэтому привлекло тогда к Полоцку внимание всей России. Но оно же послужило и к упадку города. После возсоединения Полоцкая униатская кафедра была закрыта, а православная переведена в Витебск. Полоцк после этого отошел в разряд обыкновенных уездных городов.

Но Промысл Божий готовил Полоцку другую славу, которая открылась с перенесением в Спасо-Евфросиниевскую обитель мощей преп. Евфросинии. Основательница и устроительница Полоцкаго женскаго Спасскаго монастыря, Полоцкая княжна и великая подвижница преп. Евфросиния, после своего преставления сразу же стала духовной радостью и опорой для жителей Полоцкаго края. Впрочем, только что свершившееся в честь ея торжество показало, что вера в ея святость и в силу ея небеснаго заступничества жива не в одной Полоцкой земле, но и далеко за ея пределами.

Наши читатели уже знакомы с историей разрешения вопроса о перенесении мощей Преподобной из Киева в Полоцк и с подробностями самаго перенесения. Нам хочется, не повторяя сообщенных уже сведений, поделиться с читателями теми чувствами, которыя невольно накопились в душе под впечатлением виденнаго и слышаннаго нами в дни чудных Полоцких торжеств.

Само небо как будто способствовало тому, чтобы Преподобная со славою вступила в свой родной город и свою родную обитель. Мы [вместе с протоиереем Георгием в паломничестве был петербургский купец и сельский священник] выехали из Петербурга 19 мая при нависших со всех сторон тучах и сильном ливне. Сердце сжималось при мысли, что непогода помешает завтрашнему торжеству. 20-го в 5 час. вечера мощи Преподобной прибывали в г. Полоцк. Какова же была радость, когда на другой день утром уже на границе Витебской губ. проникшие чрез окно вагона яркие лучи солнца разбудили нас. На небе не было ни одного облачка, солнышко ярко освещало поля, леса и луга, красиво играя своими лучами на поверхности часто встречавшихся по пути озер и тянувшихся безпрерывною цепью полос уже выколосившейся ржи. Чем ближе мы подъезжали к Полоцку, тем сильнее начинало биться сердце. Наш поезд безпрерывно наполнялся пассажирами. На каждой станции прибавлялись десятки пассажиров; в большинстве случаев тут были крестьяне, случались и из других сословий – и все это были богомольцы, спешившие на Полоцкое торжество. Верстах в 50 от Полоцка перед нами предстала поразительная картина. По большой дороге, находящейся рядом с железнодорожной колеей, двигался крестный ход: впереди несли хоругви, кресты и иконы; за ними шли два священника в облачениях, а за священниками тянулась многотысячная толпа. Облако пыли по местам скрывало толпу. Из окон вагона, несмотря на шум поезда и стук колес, мы могли разслышать довольно стройное, дружное и мощное пение: «Преподобная Мати наша Евфросиния, моли Бога о нас». Как оказалось, этот крестный ход шел из Невельскаго уезда в г. Полоцк. Он уже прошел около 70 верст, все увеличиваясь и разрастаясь; оставалось ему около 50 верст. Он прибыл затем в Полоцк 22 мая утром, выросши в десятитысячную толпу. И эти люди под солнечным жаром в облаке пыли прошли более 100 верст. Шли тут не одни крестьяне, но и многие другие: учителя, учительницы, дворяне, семейства чиновников и пр. И такие крестные ходы шли из всех уездов, прибывая в Полоцк поочередно. Велика сила веры! Она укрепляет слабых, делает сильными немощных; она воодушевляет людей на подвиги; она же дает сердцу человеческому высшее удовлетворение, делает его участником высшаго из всех доступных человеку неземных наслаждений. Участники крестнаго хода с восторгом разсказывали, как приятно и легко было для них стоверстное пешком путешествие к Преподобной.

Вот мы подъезжаем к городу. Показался Полоцк: впереди виднеется с подымающимися высоко к небу двумя башнями построенный в середине XVIII века иезуитами Николаевский собор, за ним другия церкви; справа вырисовывается в зелени Спасо-Евфросиниевский монастырь. Солнышко уже клонилось к закату, красиво освещая город. Мы опоздали к встрече. Мощи уже покоились в Николаевском соборе.

При виде города еще сильнее забилось сердце. Вспомнилось прошлое: древняя слава города, труды и славная жизнь Преподобной, затем – потеря краем самостоятельности, иноземное господство, многовековое угнетение православнаго населения, надругательства над его верой, покорность и мужественное перенесение православными всех притеснений и несчастий; представилось настоящее: возвращение Преподобной в свой многострадальный город, радость православнаго населения по этому поводу и прочее. Чувствовалось величие и необыкновенная важность наступивших дней. Хотелось радоваться до слез.

Вот и станция «Полоцк». Вокзал весь убран флагами. Встречая прибывающих на торжество, он нарядился по-великопраздничному. Оживление на нем небывалое: толпа встречающих, толпа приезжающих. На Вокзальной площади – длинная вереница извозчиков, точно это не в уездном городе, а в какой-либо столице.

До города от вокзала около трех верст. Скоро мы выехали на дорогу, по которой только что проследовали мощи Преподобной. Широкий и прямой путь был весь разукрашен арками, флагами и зеленью. Вот и та арка, около которой произошла встреча св. мощей.

Разсказывали, что величественность встречи была необыкновенной. Никогда еще не видел Полоцк подобнаго торжества. Толпа в несколько десятков тысяч человек во главе с Великой Княгиней Елисаветой Феодоровной, Королевой Эллинов Ольгой Константиновной, Великим Князем Константином Константиновичем и другими именитыми, прибывшими отовсюду гостями, а впереди – убеленный сединами Киевский Владыко митрополит с двумя архиереями, около сотни священников, протоиереев и архимандритов, множество диаконов и певчих вышли, чтобы встретить грядущую почить в Полоцке древнюю Полоцкую Княжну. Войска стояли шпалерами около пути. Впереди толпы виднелись учащиеся г. Полоцка. Толпа состояла не только из православных: тут были и старообрядцы, и католики, и множество евреев. Все они чтут Преподобную, для всех Она – желанная гостья.

Когда вдали показалось шествие с мощами Преподобной, восторгу встречавших не было конца. Некоторые пали на колена, многие плакали от радости. Оркестр играл «Коль славен наш Господь в Сионе…»; священнослужители с хором пели величание Преподобной, а вдали из всех церквей раздавался торжественный колокольный звон.

После встречи мощи Преподобной, сопровождаемыя архиереями, Высочайшими Особами и всеми встречавшими, при несмолкавшем пении и звуках музыки направились к городскому Николаевскому собору. На небе весело сияло солнышко, ни одного облачка не было видно – все они теперь убежали куда-то вдаль, чтобы не мешать солнышку смотреть на дивный праздник, чтобы не омрачать великаго торжества. А на лицах встречавших светилась другая, духовная, радость; эта радость проникла глубоко в душу и там разгоняла душевныя тучи. «Что теперь горе, нужда, житейския невзгоды и несчастья? Все надо забыть! Теперь с нами Преподобная, и мы около нея. Она нас защитит, поддержит, наставит, помолится за нас!» – так, несомненно, думалось многим, участвовавшим в торжестве.

В конце одиннадцатаго часа ночи мы направились в собор, чтобы поклониться мощам Преподобной. Площадь пред храмом была заполнена народом. Против дверей храма, саженях в 20-ти от него, под шатром стояла икона Преподобной, около которой в лампадах горело множество свечей. Огни освещали и кроткий лик Преподобной, и лица окружавших икону: молившихся, коленопреклоненных, павших ниц и пр. А дальше от иконы во все стороны расположились богомольцы: одни сидели на земле, другие лежали, положивши под головы свои узелки, третьи стояли, беседуя друг с другом. Тишина и тепло в воздухе дополняли картину. Тихо, не волнуясь и не потухая, горели в лампадах огни; спокойно, спустившись широкими лентами, висели на арке против собора и на всех домах флаги. Из собора доносились звуки песнопений: там без перерыва, в течение всей ночи, служились молебны. Звуки были слышны отчетливо и далеко. А вдали, над р. Двиной, раздавалась песня соловья. Может быть, и он в эту ночь вместе с людьми славил память Преподобной. Из всех окон храма падали снопы света, а он, величественный, высящийся к небу, стоял под голубым необъятным небесным сводом, как огромная, дивная лампада перед Господом Богом. Не забыть этой картины. Точно это была пасхальная ночь, только еще более торжественная и величественная.

<…>

Посреди храма под красивым балдахином на высоком амвоне стояла гробница с мощами преподобной; впереди ея несколько огромных лампад, густо уставленных большими и малыми свечами; пред гробницей священник служил молебны: пел хор, тут же составившийся из богомольцев; по сторонам гробницы стояли два священника, помазывавшие елеем прикладывавшихся к святыне. <…> Обширный и высокий храм был буквально залит огнями от пылавших в лампадах свечей. Точь-в-точь, как в пасхальную ночь.

<…>

Дождавшись очереди, и мы припали к гробнице, облобызали голову и руки преподобной подвижницы. Благодарение Господу, сподобившему нас своей милости.

Мы выходили из храма в конце двенадцатаго часа ночи. Толпа по-прежнему окружала гроб. По-прежнему безпрерывно служились молебны. На место уходивших прибывали новые, и так продолжалось до изнесения св. мощей из собора вечером 22 мая.

21–23 мая были днями торжественных богослужений. Ранним утром, в 5–6 ч., служилась собором священников ранняя Литургия, за которою всякий раз причащались сотни богомольцев. В 9 ч. утра начиналась поздняя Литургия архиерейским служением. 22-го Литургию совершал митрополит с двумя архиереями, а 23-го – с 4 архиереями. По вечерам служились не только в храмах, но и на площадях всенощныя. Богослужения продолжались иногда по пять-шесть часов. Но молящиеся выстаивали их. Трогательно было видеть, что Высочайшия Особы первыми подавали пример набожности. Великая Княгиня Елисавета Феодоровна, Королева Эллинов Ольга Константиновна, Великий Князь Константин Константинович с двумя сыновьями [Великие Князья Игорь и Олег] всегда прибывали в собор к началу службы и оставались до окончания.

Особенно отрадно, до слез, было смотреть на Великую Княгиню Елисавету Феодоровну. В своем белом монашеском одеянии, с кротким, дышащим неземною добротою подвижническим лицом, она, точно ангел с неба, слетела в Полоцк, чтобы увеличить светлое торжество.

У нея хватало сил, не приседая ни на минуту, выстаивать продолжительныя службы. Она, кроме того, по ночам приезжала из монастыря, где имела пребывание, и подолгу молилась у св. гробницы. А в ночь на 23-е она присутствовала при переоблачении св. мощей, затем исповедовалась и в 4 часа утра приобщалась Св. Таин. Как простая богомолка, тихо, без свиты, она входила и выходила из храма, смешиваясь с толпою и своим кротким, ласковым, сердечным обращением со всеми разливая вокруг эту ласку и доброту, в которой так нуждаются и которой так дорожат человеческия души.

А в течение этих дней все прибывали и прибывали в Полоцк и простые богомольцы, и именитые гости: военные и гражданские чины. Ежедневно с разных сторон приходило по нескольку крестных ходов, и с каждым крестным ходом прибывало по 5–10 тысяч человек. Теперь уже можно было сказать, что Полоцк никогда не видел в стенах своих такого стечения народа, пришедшаго не только из Витебской и соседних губерний, но и из Твери, с берегов Волги и других отдаленных мест; никогда не бывало в нем столько великих и сильных мира, столько Особ Царскаго Дома, сколько в этот праздник преподобной Евфросинии. И все прибывающие в город прежде всего спешили облобызать нетленныя останки преподобной подвижницы, поклониться пред гробницей ея. Князья и простолюдины, правители и подчиненные, богатые и бедные, святители и пасомые – все в эти дни были объединены одними чувствами, одним желанием: чувствовалась близость святыни, сознавалась правда святой по заветам Христа жизни, крепче верилось, легко жилось и больше всего хотелось еще раз припасть к нетленному телу преподобной и проникнуться духом ея заветов, чтобы жить и умереть подобно ей…

Было 4 часа дня 22-го мая. Митрополит, архиереи и множество священников, Княгини и Князья, военные и гражданские чины уже были в соборе, переполненном молящимися. Около собора несметная толпа. Тут же целый лес хоругвей, крестов, икон – это крестные ходы, собравшиеся сюда, чтобы сопровождать св. мощи при перенесении их из собора на место вечнаго упокоения, в Спасо-Евфросиниевский монастырь. Сейчас начнется перенесение.

Вот выходят из алтаря архиереи и становятся пред гробницею. Начинается молебен. Волынский архиепископ Антоний кадит св. мощи. Затем Князья, Княгини и священнослужители поднимают гробницу на плечи и в предшествии хоругвей, крестов и икон при пении «Преподобная мати наша Евфросиние, моли Бога о нас» износят их из собора. <…> Музыка играет «Коль славен», шествие направляется по большой дороге, с обеих сторон украшенной флагами и зеленью, к монастырю. Путь около 3-х верст. Впереди несут хоругви, кресты и иконы; за ними идут священнослужители по два в ряд, младшие впереди; потом на носилках следуют святыя мощи; за св. мощами – старшие священнослужители, архиереи, Князья, Княгини, гости именитые и др. А по сторонам и позади – несметная, необозримая толпа народа. <…>

Что собрало сюда этих богомольцев со всех концов необъятной России, что их заставило переносить лишения в дальнем пути, труды молитвенные, что их заставляет теперь становиться на колени, лить слезы, рыдать и молиться, как не вера в правду Божию, как не жажда духовных, чистых радостей <…>?

<…>

Никакими словами не изобразить той дивной картины, какую представляло перенесение св. мощей, не представить тех чувств, которыя выражались в лицах, взглядах и движениях богомольцев.

<…>

Медленно движется торжественное шествие. А по обеим сторонам дороги, в окнах, на крышах, на деревьях – везде народ…

Далеко несется пение, звонят колокола… Несущие сменяются. Каждому хочется понести на своих плечах гробницу. Священнослужители уступают место мирянам. Члены Думы: граф Бобринский, Львов, Гижицкий, нарочно прибывшие на торжество в качестве представителей от национальной партии, долго несут святыню на своих плечах.

Вот и монастырь Спаса показался. Здесь семь веков назад проводила преподобная свою подвижническую жизнь. Она основала эту обитель. И теперь сохранилась выстроенная ею церковь и даже ея келья. И вот она идет, чтобы упокоиться в своей же церкви и затем невидимой благодатной рукой управлять своей обителью.

Вот и арка, устроенная монастырем, с надписью «Гряди, радость наша, преподобная мати наша Евфросиния». Около арки – владыка митрополит, окруженный духовенством в полном облачении. Рыдают монахини, вышедшия встретить свою первую игумению и небесную заступницу. Митрополит кадит св. мощи. А в это время Княгини и Князь принимают гробницу на свои плечи и вместе с другими несут ее дальше, вносят в монастырский собор и поставляют под балдахин на приготовленном среди храма возвышении. Сейчас же начинается торжественная всенощная, а после нея в течение всей ночи – служение молебнов для нахлынувшаго в храм народа.

На другой день, 23 мая (день преставления преп. Евфросинии), была совершена всеми 5 архиереями торжественная Литургия, после которой св. мощи, по обнесении их вокруг храма, были внесены в малую, построенную Преподобною церковь и поставлены в приготовленную, роскошной работы серебряную раку. Преподобная почила в своем собственном храме. Кончились торжества. Но народ продолжал толпиться у церкви и в церкви; у раки, не переставая, служились молебны; богомольцы непрерывною цепью тянулись, чтобы еще раз приложиться к святыне.

В этот же день вечером начался разъезд Высочайших Особ, владык и богомольцев.

С чувством тихой радости и высокаго благоговения и мы втроем покинули ставший теперь нам особенно дорогим город.

Пережитое было слишком величественно и утешительно, виденное – необычно отрадно, чтобы можно было не вспоминать о нем или совсем забыть его. Да, это был великий, чисто духовный, но в высшей степени отрадный и знаменательный праздник Белоруссии… Нет, более чем Белоруссии, – всей Русской земли, ибо Белоруссия – часть великаго русскаго народа, плоть от плоти и кость от кости его. Этот праздник показал, что жив Бог, жива в народе и вера в Него, что народ любит Бога и ищет Его, что народ хочет и жаждет духовных радостей и Божьей правды.

<…>

Оставляя Полоцк, мы из окна вагона не переставали смотреть на него. И когда верхушки полоцких церквей последними стали скрываться за лесами с наших глаз, мы благоговейно перекрестились. «Слава Богу, сподобившему нас великой радости! Слава Богу за все!» – эти слова вырвались у всех нас.

 Источник:

Шавельский, Г., протопресвитер. На торжестве перенесения мощей преп. Евфросинии в гор. Полоцк // Полоцкие Епархиальные Ведомости. 1910. № 33. С. 730–741.


Возврат к списку

Вернуться на главную страницу


Расписание богослужений

7/20 июля, четверг

Прп. Евдокии, в инокинях Евфросинии, вел кн. Московской.

6.30 Полунощница. Молебен у мощей прп. Евфросинии.

8.00 Часы. Божественная Литургия. Благодарственный молебен.

16.45 Вечернее богослужение с полиелеем.

Частица св. мощей прп. Евдокии, в инокинях Евфросинии, имеется в мощевике обители.

Смотреть все

Православный календарь

7 / 20 июля, четверг

Прп. Фомы, иже в Малеи (X). Прп. Акакия, о котором повествуется в Лествице (VI).

Прп. Евдокии, в инокинях Евфросинии, вел. кн. Московской (1407). Обретение мощей прп. Герасима Болдинского (2001). Мчч. Перегрина, Лукиана, Помпея, Исихия, Папия, Саторнина и Германа (II). Прмчч. Епиктета пресвитера и Астиона монаха (290). Мч. Евангела (III–IV). Мц. Кириакии (IV).

Сщмч. Павла Чернышева пресвитера (1918).

Влахернской иконы Божией Матери (принесена в Россию в 1654 г.).

Смотреть все

Каталог TUT.BY