Русская Православная Церковь
Московский Патриархат
Белорусская
Православная Церковь

При использовании материалов
ссылка на сайт
www.spas-monastery.by обязательна

Дорогие гости сайта!
Если у кого-либо из вас сохранились материалы, касающиеся истории нашего монастыря (документы, фотографии и др.), пишите нам по адресу электронной почты spas.monastery@gmail.com Будем благодарны за любую помощь.

Березвечи и Красносток : Краткий очерк истории Березвечского женского монастыря Литовской епархии и Красностокской женской обители Гродненской епархии. Спб., 1901.

Распечатать

Текст книги приводится в соответствии с современными нормами орфографии и пунктуации русского языка. Некоторые стилистические и грамматические особенности оригинала сохранены.


Березвечи и Красносток

Краткий очерк истории Березвечского женского монастыря Литовской епархии и Красностокской женской обители Гродненской епархии.

Бесплатное приложение к журналу «Церковные ведомости». Спб.: Синодальная типография, 1901.

Наблюдательные люди, внимательно следящие за разнообразными течениями современной жизни, за тем, что занимает и волнует умы и сердца нашего общества, не без основания отмечают две особенности переживаемого нами времени: поразительное преуспеяние в области прикладных знаний и вместе с тем поразительное преуспеяние в неверии. Богатство и разнообразие открытий и изобретений, содействующих внешнему благополучию человека и его могуществу, как царя природы, словно затуманили ум человеческий, возгордили его до последней степени. И вот, создание восстало на своего Творца. Подобно древним книжникам, современное образованное человечество ополчилось на Господа и на Христа Его. «Современно образованный» ум не находит во всей вселенной места ни для личного Единого Бога, ни для Христа-Богочеловека, ни для Церкви. Густая тьма неверия облегла землю. И убеленные сединою старцы, и крепкие силою мужи, и слабые женщины, и даже, увы, несмысленные отроки и отроковицы воздвигают ныне брань на Христа и Церковь Православную, хулят ее установления и заповеди, порицают мероприятия, направленные к ограждению верных чад от сетей безбожия и порока и к вразумлению заблуждающихся. А народ, иже не весть закона, но стремится познать истину… Ему предлагают новое христианство без Христа, новое спасение вне Церкви Божией. Суемудрые непризванные учители всячески ухищряются исхитить верных чад Церкви из ее спасительной ограды, увлекая неопытные умы и сердца на стогна и торжища мнимого всезнания и свободы или поражая воображение блестящими картинами созидаемого будто бы ими рая на земле. Тяжкое смутное время переживает Православная и в особенности наша родная отечественная Церковь! Словно сам сатана и все вои его ополчились на последнюю брань со Христом и Его Церковью.

В тяжелые для Церкви годины испытания верными сынами ее с особенной силой ощущается потребность видеть возможно большее количество таких твердынь веры и благочестия, кои могли бы противостать напору неверия и сохранить Православной Церкви чад ее, разнообразно уловляемых в душепагубные тенета безбожия, нечестия и суемудрия. Цари и правители стран, оберегая свои государства от врагов, имеют обыкновение в тех местах, где наиболее угрожает опасность нападения, сооружать крепости с громадными земляными окопами и глубокими наполненными водою рвами и помещают в эти крепости отборные войска. Больших денег стоит постройка таких твердынь. Но ни правительства, ни народы не щадят сил и средств, дабы, насколько возможно, сделать эти оплоты страны недоступными неприятелю. И правительства и народы знают, что с прочностью и устойчивостью крепостей связана жизнь и благосостояние многих тысяч людей.

У Церкви, воинствующей на земле, есть также свои духовные крепости, свои оплоты веры и благочестия – это мужские и женские обители. И как там, в мире, по мере увеличения врагов умножаются и крепости, так и здесь, в Церкви: усиливается неверие – увеличивается и число духовных твердынь – монастырей. В благословенное царствование Государя Императора Александра III открыто немало мужских и женских обителей и общин, учреждаются они и ныне при благочестивейшем Государе Императоре Николае Александровиче. О двух таких вновь учрежденных обителях – Березвечском и Красностокском женских монастырях − мы и намерены побеседовать с читателем. Исключительная попечительность об этих монастырях со стороны высшей духовной власти, выразившаяся в распоряжении Святейшего Синода о производстве в 6 день января 1902 г. повсеместного по церквам Империи сбора пожертвований на нужды названных обителей, побуждает нас познакомить читателей с Березвечами и Красностоком, именами, для большинства доселе неизвестными. Дающему посильную жертву на благоустроение Березвечского и Красностокского монастырей естественно желать знать, кому и на что он дает и во имя чего так делает. Посильное выяснение этих, вполне возможных, вопросов и составляет цель настоящего очерка.

I

В Дисненском уезде Литовской епархии, в 62 верстах от города Дисны, в живописной местности при озере Березвечи, высится громадный величественный храм. Возле него двухэтажный каменный жилой корпус, каменный амбар, два скотных сарая, гумно с молотилкой, два старых жилых дома и водяная мельница. Близ храма фруктовый сад и огороды, далее – пахотная и сенокосная земля, лес из сосны и других древесных пород, кустарники и болота. Это и есть Березвечский Рождество-Богородичный общежительный женский монастырь, вызванный к бытию определением Святейшего Синода от 26−31 января 1901 года.

Таким образом, существование монастыря очень недавнее. Но плесень, покрывающая стены храма, вид древних построек в полуразрушенном состоянии говорят о других более далеких временах. И действительно, существование Березвечской обители не исчерпывается одним годом: она насчитывает себе, по крайней мере, 250 лет. Основание обители положено воеводою Мстиславским Иосифом Львовичем Корсаком. Этот воевода записью от 19 августа 1634 года подарил русским чернцам, принявшим унию с Римскою Церковью, имение свое Березвечи со строениями, населенными местами и угодьями с тем, чтобы чернцы, вступив во владение имением по смерти Корсака, постоянно проживали при церкви имения, обучали бы простой русский народ догматам христианской веры и молитвам, наставляли в нравственности и все требы духовные исполняли по русскому (униатскому) обряду. В 1643 году Корсак умер, и в том же году в имении Березвечи учрежден мужской базилианский монастырь.

Располагая значительными земельными угодьями, юная обитель с самого же начала была поставлена в благоприятные условия как для прочного своего существования, так и в отношении выполнения задач, намеченных основателем монастыря. Говоря о первых порах существования Березвечского монастыря, нельзя не отметить того обстоятельства, что начало обители близко к так называемой Брестской унии (1596 г.). Эта случайная близость положила роковой отпечаток на последующую историю обители и на характер ее деятельности. Иезуиты, доминиканцы, базилиане и другие монашествующие служители римского престола, широкою волною нахлынувшие на Западную Русь после злосчастной унии в Бресте, не замедлили, конечно, воспользоваться таким удобным орудием для внедрения начал католичества среди православного населения, как монастырь с просветительными целями. На первых порах латинствующие монахи Березвечской обители занимались лишь «обучением юношества обывательского» (при монастыре был приход) и наставлением прихожан в Божественных заповедях. Но в последующие времена просветительные задачи монастыря значительно расширяются: в программу преподавания вводятся предметы, не имеющие близкого отношения к потребностям простого русского народа: физика, математика, рисование, французский и немецкий языки.

В целях привлечения наибольшего количества учащихся при монастыре было устроено общежитие для воспитанников. В 1804 году монастырская школа имела 4 класса при 5 учителях-монахах. Есть сведения, что с 1782 года по 1830 г. при Березвечской обители находилось училище для дворян. Так скромная монастырско-приходская школа (то же, что наши церковно-приходские училища) при деятельном участии латинских монахов разрослась до размеров среднего учебного заведения, известного далеко за границами Березвечского прихода. К сожалению, Березвечский монастырь, учрежденный с нарочитою целью ограждения собственно русских интересов («русские чернцы», «русские обряды»), находился в руках католического монашества, служил «богам иным», а потому и школа монастырская выпускала из своих стен, не говорим уже не православных, но и не русских деятелей, а ревностных слуг и радетелей католичества и полонизма. И так продолжалось целых 200 лет!.. С 1839 года, памятного года воссоединения западно-русских униатов с Православною Церковью, Березвечский монастырь вместе со многими другими приобщается к сонму православных русских обителей и, соответственно новому положению, изменяет характер своего служения. Католичество и полонизм уступают место интересам православия и русской народности. Через 3 года (1842 г.) обитель, по вниманию к ее исключительному положению среди населения, только что развязавшегося с игом римско-католического владычества, возводится во 2-й класс штатных монастырей, с отпуском из казны по 2820 руб. в год.

Казенное пособие вместе с доходами от принадлежащих обители имений, казалось, еще более упрочивало благосостояние Березвечского монастыря и обеспечивало дальнейший успех его просветительной деятельности. На деле, однако, вышло иначе. Уже в последние годы латинского господства монастырское хозяйство было в значительной степени запущено. Чтобы привести его в благоустроенный вид, нужны были многие годы упорного труда и некоторая поддержка со стороны общества. А между тем труда со стороны монашествующих хотя и было положено немало, но помощи от общества обитель не получала. Ближайшее к монастырю население было чисто католическое или хотя и униатское, но в значительной степени окатоличенное и потому относившееся к обители с нерасположением, а внимание православного русского народа было отвлечено за это время в другую сторону: то венгерской кампанией, то крымской войной, то наступившей за сим эпохой великих реформ (освобождение крестьян и т. п.). Благодаря таким неблагоприятным для обители обстоятельствам, Березвечский монастырь стал постепенно упадать и в 1874 году по настоянию бывшего Виленского генерал-губернатора А. Потапова был упразднен. Церковь монастырская была приписана к соседнему Глубоковскому приходскому храму, а строения и земли обители переданы в заведывание Пожайского Успенского монастыря. Принадлежавшая обители лесная дача, пространством 915 десятин, находившаяся в Борисовском уезде Минской губернии, продана с торгов, а вырученные деньги обращены на ремонт церкви Борунского монастыря. О Березвечской обители забыли, и, казалось, память о ней исчезнет навсегда. Но Бог судил иначе. Прошло еще 30 лет, и вот, на том месте, где 200 с лишком лет существовал рассадник католичества и полонизма, воздвигается светильник православия и русской народности. Случилось это так. Летом 1900 года Высокопреосвященный Ювеналий, архиепископ Литовский и Виленский, обозревая вверенную ему епархию, посетил и Березвечи. Полуразрушенный вид великолепного некогда монастырского храма и развалины бывших монастырских строений произвели на архипастыря потрясающее впечатление. Тяжело было видеть эту ужасную картину разрушения славной когда-то обители. С другой стороны, и историческое прошлое края, так долго находившегося вне общения с коренной православно-русской основой, и древность Березвечского монастыря настоятельно говорили о необходимости поддержать упадающую обитель, тем более, что духовные потребности местного населения, не так давно освободившегося от гнета латино-польского владычества, требовали, как и теперь требуют, особенной поддержки и водительства со стороны такого именно учреждения, которое, будучи свободно от житейской суеты, было бы не только образцом христианской жизни, но и рассадником просвещения в духе Православной Церкви. А такими учреждениями искони были наши монастыри. И вот в том же 1900 году Высокопреосвященный Ювеналий ходатайствует пред Святейшим Синодом об учреждении в Березвечах женской общежительной обители с открытием при ней второклассной школы для девочек. В январе 1901 года ходатайство это было удовлетворено, причем на ремонт монастырского храма и зданий отпущено 10000 рублей, а на устройство школы 20000 рублей. Так в пределах Литовской епархии, на месте греко-униатского, или, вернее, базилианского латино-польского, монастыря возникла Березвечская православная женская обитель.

II

До начала 1900 года в состав Литовской епархии входило три губернии: Виленская, Ковенская и Гродненская; в означенном же году Гродненская губерния выделена в самостоятельную епархию. Учреждение самостоятельной епископской кафедры в городе Гродно вызвало необычайный подъем православной церковной жизни в полукатолической Гродненской губернии. Видимым выражением этого подъема является, между прочим, учреждение Рождество-Богородичного общежительного женского монастыря в урочище Красностоке. Путешественник, проезжающий по северной части Сокольского уезда, близ границы Сувалкской губернии, не может не обратить внимания на возвышающийся с вершины одного из холмов величественный каменный храм в форме базилики с двумя большими главами и третьей меньшей, едва видной из-за массивов двух первых глав. Построен этот храм в конце XVIII столетия. Вблизи церкви ни села, ни деревушки, так что на первый взгляд непонятно, для кого и с какою целью сооружена эта громадная твердыня. Но осмотримся, войдем в самый храм и здесь сразу же находим разгадку. Пред древним образом-складнем мы видим группу молящихся паломников. Они притекают сюда из разных мест: сегодня одни, завтра другие, а в Троицын день здесь собираются тысячи помолиться пред упомянутым образом-складнем. Это местночтимая чудотворная икона Божией Матери. Происхождение иконы теряется в глубине веков. Выяснение ее истории много затемняют римско-католические сказания. Римский католицизм, насилием и лестию утвердившийся в этой искони православной местности, дабы скрыть православную истину, искусно вытравил из памяти народа подлинные обстоятельства происхождения святого образа и, можно предполагать, намеренно уничтожил письменные свидетельства, которые могли бы пролить свет на историческое прошлое иконы. Форма иконы (образ-складень) и характер письма, несомненно, православные. Существует предание, что икона в половине XVI столетия пожертвована одним из русских православных князей Урусовых, участвовавшим в походе против Литвы, и пожертвована, разумеется, православному храму, кои в то время во множестве украшали литовско-русский край. Но римский католицизм, широкой волной разлившийся по Литве после Брестской унии, смыл немало православных храмов и на месте их в течение трех веков неутомимо насаждал католические твердыни в виде величественных костелов. Одной из таких твердынь был и Красностокский храм, сооруженный, можно думать, на том самом месте, где стояла православная церковь – собственница чудотворной иконы. Поселившиеся близ храма монахи из ордена доминиканцев ревностно взялись за обращение окрестного некатолического населения к подножию папского престола. Обстоятельства благоприятствовали такого рода деятельности. Красностокская святыня и в то время, как теперь, привлекала множество народа: сюда спешили и католики, и униаты, и православные получить утешение в скорбях, исцеление по вере от болезней, излить наболевшую душу у святого образа Владычицы Небесной. Жатва была обильна, да и деятельных слуг папства было немало. Много православных душ похищено за эти 300 лет у Матери-Церкви. Но всему бывает конец. Наступил конец и противной православию, а вместе и русской народности, деятельности отцов-доминиканцев.

Около 40 лет назад двери Красностокского храма закрылись для католического духовенства навсегда: латинскую мессу заменила православная литургия на славянском языке – родном праотеческом языке местного населения. Красностокский костел сделался православною церковью. Но это было лишь половиною дела; для завершения его необходимо было возвратить Красностокскому храму то миссионерское значение, какое он имел у католиков, тем более что не прекратившаяся и после передачи названного храма Православной Церкви враждебная деятельность латинских ксендзов настоятельно указывала на необходимость создать в очаге этой деятельности такую твердыню православия, которая не только охраняла бы целость и неприкосновенность православной паствы, но и отторженных от православия лестию и насилием воссоединяла бы с Матерью – Православной Церковью. Для достижения этих целей Преосвященный Иоаким, первый епископ Гродненский, признал полезным перевести в Красносток, в сохранившиеся там здания упраздненного католического монастыря, Гродненскую Рождество-Богородичную обитель и устроить при монастыре женскую второклассную церковно-приходскую школу, о чем и представил на уважение Святейшего Синода. Синодальным определением от 5/25 июля 1900 года ходатайство Преосвященного Иоакима было удовлетворено, причем на устройство школы и приспособление Красностокских строений, соответственно их новому назначению, было отпущено из средств Святейшего Синода 25000 рублей. Так положено начало Красностокской Рождество-Богородичной женской обители.

7 и 8 сентября 1901 года состоялось перенесение Гродненского женского монастыря в Красносток и открытие Красностокской обители. Торжество началось молебствием Христу Богу, совершенным 7 сентября в 8 часов утра архиерейским священнослужением в храме бывшего Гродненского монастыря. По окончании молебствия были подняты святыни обители и торжественно с крестным ходом, при участии войск, расположившихся шпалерами чрез весь город по пути следования крестного хода, в сопровождении учащих и учащихся всех городских учебных заведений, в присутствии военных и гражданских представителей власти и при многочисленном стечении богомольцев (до 20 тысяч) к 6 часам вечера того же дня перенесены в Красносток. Крестный ход совершен был на протяжении 30 верст, причем во все время пути паломники непрестанно пели священные песни. Благоговейное чувство духовной радости охватило богомольцев, когда они вступили в храм новой обители. Храм этот имеет 30 сажен в длину, 12 в высоту и 14 в ширину. Отличаясь выдержанностью стиля, обилием света, изяществом лепных украшений, он обладает редкою акустикою и поражает своим величием. Свыше 6000 богомольцев поместилось в нем, с умилением прослушали они молебствие, совершенное пред чудотворным Красностокским образом Богоматери, и последовавшее затем всенощное бдение, окончившееся в 11 часов ночи. Лития была совершена с крестным ходом вокруг храма, причем по четырем сторонам храма прочитаны были Евангелия. Многотысячная толпа, не поместившаяся в церкви, получила таким образом возможность слышать пение положенных стихир. Насколько велик был подъем религиозного чувства молящихся, можно видеть из того, что почти всю ночь на 8 сентября богомольцы назидали себя умилительным пением религиозных гимнов из Богогласника. 8 сентября, в праздник Рождества Пресвятой Богородицы, богослужение началось в 6 часов утра совершением двух ранних и поздней литургий и закончилось около 4 часов вечера. Причастников было великое множество: четыре священника с чашами в руках в течение двух часов раздавали Святые Тайны. По окончании поздней литургии совершено было с крестным ходом освящение монастырских зданий по требнику Митрополита Петра Могилы и вознесены были усердные моления о здравии и благоденствии Высочайшего покровителя православия – Государя Императора и всего Царствующего Дома, а равно Святейшего Синода и призванной к бытию Красностокской женской обители. Величавые, бодрящие звуки многолетия закончили торжество. Об обстоятельствах открытия Красностокского женского монастыря г. Синодальный Обер-Прокурор имел счастье докладывать Государю Императору и Его Императорскому Величеству; по всеподданнейшем о сем докладе благоугодно было Собственноручно начертать: «Прочел с искренним чувством удовольствия». Это чувство удовольствия разделят и все православные сыны России.

С молитвою выступила Красностокская обитель на житейское поприще и с первых же шагов определила характер своей будущей деятельности. Преосвященный Иоаким, при освящении монастырских зданий приветствуя игумению и сестер обители на новом месте служения, назвал инокинь «сестрами просвещения». Оправдывая это наименование, юная обитель прежде всего озаботилась открытием второклассной церковно-приходской школы – рассадницы просвещения и воспитания в духе Православной Церкви. С другой стороны, подражая Пастыреначальнику-Христу, исцелявшему во время земной жизни всякий недуг и язю в людях, веровавших в Него, Сына Божия, Красностокский монастырь не забыл и подаяния врачебной помощи больным. В нижнем этаже монастырского дома помещается хорошая аптека и амбулатория. Многие больные постоянно посещают лечебницу. И эта деятельность на поприще духовного просвещения и христианского человеколюбия как нельзя более соответствует потребностям населения, на служение коему призвана Красностокская обитель.

III

Красностокский женский монастырь, равно как и Березвечская обитель, находятся в Литве, в средине существовавшего некогда Великого княжества Литовского. А западный Литовский край – это выздоравливающий от тяжкой болезни член великой русской семьи. Болезнь, о которой мы говорим, − более чем двухсотлетнее отчуждение местного населения от православно-русской основы. Чтобы быть яснее, вспомним в общих чертах историю Литовской окраины. Древнее коренное население Литвы – собственно литвины и русские (белорусы). Несмотря на различие в племенном составе, эти две народности издавна находились в тесном дружественном общении с преобладанием, однако, русского влияния. Следы таких отношений встречаются уже в глубокой древности (с X века), а в XIII столетии большая часть литовцев отлично говорит по-русски, принимает русские нравы, обычаи и письменность. Тяжкие обстоятельства исторической жизни русского народа (непорядки удельной системы и татарское нашествие) не только не препятствовали, а напротив, содействовали мирному слиянию Руси и Литвы. Русь изнемогала от княжеских междоусобиц и монгольского ига, а Литва крепла. И вот множество русских людей переходят на жительство в литовские земли; целые княжества, обессиленные враждою своих владетелей, одно за другим входят в состав нарождавшегося и укреплявшегося в то время русско-литовского государства, известного в истории под именем Великого княжества Литовского. Русские были пришельцами. Тем не менее, слияние Западной Руси с Литвой отнюдь не было подневольным: русский народ соединился с литовским не как подвластный ему, а как равный с равным, с преобладанием даже русского строя жизни над литовским. Так, русский язык мало-помалу сделался государственным языком Литвы, коренные русские законы легли в основу литовского законодательства. Православная русская вера, получив свободный доступ в Литву, нашла здесь многочисленных последователей. И продолжайся такой порядок вещей далее, несомненно, что литовский народ, усвоив русский язык, православную веру, законы и обычаи, переменил бы свою литовско-языческую народность на православно-русскую и затем мирно, без насилия, слился бы с великим русским народом в одно неразрывно-целое крепкое государство. Это признают даже не всегда беспристрастные польские историки (Ярошевич). К сожалению, мирное слияние Руси и Литвы было нарушено самым неожиданным образом. В 1377 году умер последний истинно русско-литовский князь Ольгерд. Последовавшие за этой смертью события дали истории Великого княжества Литовского иное, совершенно противоположное направление. Преемник Ольгерда князь Ягайло вступает в брак с польской княжной Ядвигой и вместе с брачным венцом принимает польскую корону, обещаясь объединить Литву с Польшей и привести своих подданных к подножию папского престола. Как бы в доказательство искренности своих обещаний, этот князь, крещенный по православному обряду, вторично крестится от латинского ксендза. Действия великого князя возбудили бурю негодования не только в стране, но и в самой великокняжеской семье. Родной брат Ягайла Свидригайло и двоюродный брат Витовт поднимают знамя восстания за независимость Литвы от Польши. Увы, сила солому ломит. При помощи польских войск Ягайло побеждает повстанцев, и дело не объединения, а порабощения Литвы Польше идет своим чередом. Честь окончательного порабощения Литвы Польше в пресловутом единении этих совершенно противоположных частей принадлежит, однако, не Ягайле, а одному из его ближайших преемников Сигизмунду-Августу. При этом именно государе заключена так называемая Люблинская уния (1 июля 1569 г.), объединившая литовско-русский народ с польским в гражданском отношении. На коленях умоляли представители литовской и русской народностей не сливать Литвы с Польшей и не допускать порабощения первой последнею. Пророческое предчувствие просивших не одержало верха над настойчивостью государя, руководимого хитрыми и беспощадными слугами папы – иезуитами. Уния состоялась. Но что она принесла – не Польше и католичеству − им, несомненно, выгоды, а литовско-русскому народу? Полное порабощение. Со времени Люблинской унии самобытный строй литовского княжества постепенно, но неуклонно разрушается, русская основа этого строя заменяется польской, а тем временем огромная волна гордой польской шляхты, нахлынувшая, подобно воронам на труп, на порабощенный край, заливает литовско-русское крестьянство. Поляки становятся панами, литвины и русские – хлопами, а хлопы, по старой польской логике, естественные рабы панов. Понятно, какая тяжкая доля выпала на свободный литовско-русский народ! Но обиднее и тяжелее всего было то, что владычество панства не ограничилось общественными отношениями, но посягало на «святое святых» хлопа – его веру. Паны были католики, а хлопы – православные. И вот пан, глумясь над «хлопской» верой, сдает православные церкви в аренду евреям. Нужно крестить – плати выкуп еврею; хочешь сочетаться браком – кланяйся тому же еврею; пришел последний конец − родные, оплакивая дорогого умершего, не смеют отворить церкви для отпевания, не спросивши согласия арендатора-еврея. Чего только не вынес в это время несчастный православный хлоп от жадности и бесстыдства евреев, тем более, что право (вернее, самоуправство) и сила в лице католического панства были на стороне арендаторов православных церквей – евреев. Но все эти бедствия были лишь подготовлением православной литовско-русской народности к дальнейшей мере, придуманной отцами-иезуитами в целях привлечения «схизматических» литовцев и русских в лоно Римско-Католической Церкви. Вовремя и умело наговаривая о том, что для целости и крепости польско-литовского государства необходимо не только гражданское единение польской и литовско-русской народностей, но и церковно-религиозное единство их, хитроумные служители папского престола достигли того, что окатоличенное польское правительство прибегает к новой мере насилия – религиозному объединению польского и литовско-русского элементов. Разумеем Брестскую унию 1596 года. Предложить православному литовско-русскому народу, с молоком матерей впитавшему приверженность к греко-восточному учению, чистое латинство было немыслимо. И вот придумывают такую вероисповедную форму, которая, не затрагивая, на первый взгляд, существенных сторон православия, тем не менее незаметно ведет к католичеству: литовско-русскому народу предлагают немногое – признать главенство папы для того будто бы, чтобы этим главенством доставить Западно-русской Церкви безопасность и благоустройство, причем обещают сохранить народу учение и обряды Греко-Восточной Церкви. Нашлись недостойные епископы – Луцкий Кирилл Терлецкий и Брестский Игнатий Поцей, согласившиеся от имени всего западно-русского народа, хотя и вопреки его желанию, принять (по своим выгодам) предложенные условия, – и церковная уния состоялась. В сущности, и в данном случае было не единение, а порабощение православной Литвы католическою Польшей. Обещания оставить литовско-русскому народу греко-восточное учение и обряды были скоро забыты: мало-помалу, но с первых же времен унии сокращается и изменяется православное богослужение; православные церкви, священные облачения и простые одежды служителей алтаря переделываются на католический лад. А затем... Празднует латинский ксендз «Божье тело» с крестным ходом, − и униатский священник должен праздновать. Празднует латинский ксендз «Непокаляне поченцье» (непорочное зачатие святой Анны), – должен праздновать и униат. А от внешнего торжества праздника вполне понятен переход к внутреннему содержанию оного, от обряда к догмату. Так постепенно, шаг за шагом к чистому православию примешивалась латинская закваска, и обманутый греко-униат становился настоящим католиком. Все, чем только можно было воспользоваться, было употреблено в дело ревностными слугами папы для обращения православного литовско-русского народа в лоно католичества. А такие орудия, как Березвечский монастырь или Красностокский храм, были прямо-таки находкой для пронырливых отцов-иезуитов, доминиканцев, базилиан и др.

Почти 250 лет литовско-русский народ находился под гнетом католичества и полонизма. Немало погибло за это время памятников древнего православия: церквей, монастырей, древлечтимых икон и проч. Много православных душ унесено волнами папизма. Но вот настали и более благоприятные православию и русской народности времена. В 1795 году польское государство потеряло свое самостоятельное существование, и, согласно произведенному в этом году (третьему) разделу Польши, литовско-русский народ, обитавший в пределах бывшего Великого княжества Литовского, воссоединен со своей древнерусской основой, а через 44 года (в 1839 году) совершилось и духовное воссоединение западно-русских униатов с Православною Церковью. Но вековой гнет полонизма и подавляющее господство католичества не могли не оставить следов. Заметны эти следы и у тех, кои вопреки всем стараниям латино-польских ксендзов остались верными православию, и у тех, кто, склонившись к унии, воссоединился с Православною Церковью, и в особенности у тех, кои усердием и ловкостью верных слуг папского престола совращены в чистое католичество и доселе пребывают в нем. Вот почему русское население Северо-Западного края, насильственно отторгнутое от своей исконной православно-русской основы и в течение трех почти веков страдавшее под тяжким гнетом католического полонизма, нуждается в особливой попечительности православного общества, дабы возрожденному к новой жизни народу легче было утвердиться в началах праотеческой православной веры и русской народности и свободнее стряхнуть с себя наносные следы католического и польского господства.

Искоренить эти следы долговременного отчуждения от православия и русской государственной основы, утвердить в православном населении края сохраненные им начала православия и русской гражданственности и, наконец, пролить блага просвещения среди окрестного населения – вот задача юных Березвечской и Красностокской обителей.

IV

На тяжелый жизненный путь и при трудных обстоятельствах выступают Березвечская и Красностокская обители. Отречение от мира и всего, яже в мире, жизнь во Христе и для Христа, постоянное бодрствование над собою, непрестанное наблюдение за своим душевным настроением и внешним отображением его – жизнью, непрерывная упорная борьба с грехом, со страстьми и похотьми и неустанное возношение ума и сердца к Богу – вот в общих и кратких чертах подвиг инокинь Березвечского и Красностокского монастырей. Но что говорит он людям, ослепленным блеском мира сего?.. Как прежде слово о кресте, о спасении чрез Животворящий Крест Господа Иисуса Христа было поношением в глазах иудеев и безумием в глазах язычников, точно так же и теперь слово об иночестве есть поношение и безумие в глазах мира сего. Трудиться при таком взгляде на подвиг иночества, сохранять равновесие душевных сил, кротостью и любовью растворять составившийся предубежденный и подчас злобный взгляд на монашество и образом жития своего привлекать сердца ожесточенные для деятельности более спокойной и, следовательно, более плодотворной – подвиг, воистину, нелегкий… А эта предстоящая сестрам юных обителей деятельность на пользу ближнего, кратко очерченная Преосвященным Иоакимом в двух знаменательных словах: «сестры просвещения», − терниями и волчцами усеяна стезя этой деятельности!

Одной из наиболее характерных особенностей нашего времени является упадок семьи. Куда ни поглядишь, отовсюду теперь слышишь жалобы на расшатанность семейных уз: на взаимную неверность мужей и жен, черствость родителей, неблагодарность детей. Сознаваемое ныне разложение семьи – это огромное горе, такая ужасная беда для всего общества и государства, о последствиях которой и подумать страшно. С этим, в частности, злом призываются бороться новые «сестры просвещения» чрез воспитание и обучение подрастающих поколений в духе Православной Церкви. Насаждая добрые христианские навыки путем примерной иноческой жизни, приучая молодые сердца к богопочтению чрез благолепное монастырское богослужение, так пленяющее даже людей предубежденных и имеющее громадное воспитательное значение для верующих, сестры Березвечского и Красностокского монастырей должны памятовать еще об одной важной обязанности – в школах своих воспитывать будущих жен и матерей, кои, получив под сенью святых обителей задатки православно-христианской настроенности и навык к добропорядочной жизни, разнесли бы эти добрые семена по всему краю. Но воспитание и обучение в духе Православной Церкви (задача церковно-приходских школ, каковыми являются и школы Березвечского и Красностокского монастырей), – с какою насмешкою относятся теперь к этой задаче, с каким злорадством приветствуют малейшие промахи и ошибки в церковно-школьном деле! Удалившемуся от Христа и Церкви современному уму не понять, что христианская религия – самая крепкая, устойчивая основа жизни, что православная вера и вытекающая из нее нравственность – самая надежная порука за общественное благополучие. Нет, говорят, ангел, архангел – все это отвлеченные понятия, неудобоприемлемые детским умом; поставим на место их… ну хоть армяк, аршин и т. п., и тогда русский народ, будучи ближе к окружающей его обстановке, с малых лет изучая предметы домашнего обихода, будет домовитее, зажиточнее и, следовательно, благополучнее. И забывают при этом, что зажиточность и благополучие есть нечто внешнее, только тогда и ценное для общества, когда под этой внешней оболочкой скрывается добрая христиански настроенная душа. А вот души-то современный ум и не хочет знать. Отсюда все недоброжелательство, все насмешки и глумления над мыслью о необходимости в начальных народных школах воспитания и обучения подрастающих поколений в духе Православной Церкви и над проводниками этой мысли церковными школами. И при таком отношении среды к церковной школе как тяжело сестрам Березвечской и Красностокской обителей нести крест учительства и воспитания!.. Тяжесть служения усугубляется еще тем, что названные монастыри находятся не в центре России, среди сплошного православно-русского населения, а на окраине, где православные русские перемешаны с католиками-поляками, протестантами-немцами и евреями. Там более, чем где-либо в другом месте, православным обителям надлежит быть не только носительницами православия, но и представительницами русского народа. И какое напряжение сил, духовных и телесных, какая осторожность в действиях должны быть соблюдаемы инокинями, дабы ничем не запятнать подъятого ими двойного знамени: православия и русской народности. Помоги им Бог! Тем искреннее желаем им успеха, что тысячи глаз будут наблюдать за ними, тысячи глаз будут ловить их малейшие промахи и недочеты.

Прошло 60 с лишком лет с тех пор, как литовско-русский край воссоединен со своей родной православно-русской основой, но и до настоящего времени не утихла там злоба, не смягчилось ожесточение врагов, не погасла зависть. Невидимая рука, – пишет с горечью один православный белорус из Литвы, − назначает в соседние нашей местности костелы ксендзов, самых злых фанатиков, ненавидящих все русское и православное. Эти ксендзы всеми силами стараются совратить в римско-католичество слабых в вере православных, принимают их на исповедь, тайно венчают, миропомазывают при поездках бискупа. Православные церкви они называют сараями жидовскими, запрещают римско-католикам даже из любопытства заходить в православные церкви; а кто из католиков зайдет в православный храм, тех ксендзы публично подвергают наказаниям, кладут их в костелах лежать ниц крыжем, отлучают от причастия; возбраняют отдавать детей в народные училища. Мало того, даже молодое поколение воспитывается в духе ненависти к православному и русскому. Так, в одном местечке ученики народного училища – католики – дерзко глумились и кощунствовали над православной иконой Спасителя.

Таковы нравственные, так сказать, условия деятельности сестер Березвечского и Красностокского монастырей. Не лучше их и материальные. Приступая к важному не в церковном только, но и в государственном отношении служению в Северо-Западном крае, Березвечская и Красностокская обители крайне нуждаются в материальных средствах и поддержке, хотя бы на первых порах. И в той, и в другой обители предстоит капитальный ремонт храмов и келий. В Березвечском монастыре величественный храм нуждается в полном обновлении. В куполе оказались трещины, необходим полный звон, нужна утварь церковная, нет облачений, нет хоругвей. В Красностокском монастыре обширный величественный храм не докончен в архитектурном отношении: отверстие для купола, посредине церкви, закрыто простыми досками, внутренние стены до сих пор остаются без живописи. Крыша дала течь, оконные рамы сгнили. Ризница крайне скудна. Кроме того, является настоятельная необходимость в постройке гостиницы для богомольцев и хотя бы простого барака для них, так как жилых помещений вблизи обители нет, а оставлять паломников под открытым небом и в холод и зной было бы несоответственным православному монастырю. Нужд, одним словом, много, а средств на покрытие их нет. Отпущенное тому и другому пособие из средств Святейшего Синода обращено к своему назначению, но и этих сумм недостаточно. Ожидать увеличения размера пособия нельзя по неимению в распоряжении Святейшего Синода свободных сумм на этот предмет. Просить помощи от местного населения бесполезно: что могли дать немногочисленные и бедные православные, дали; большего и желать нечего. Вот почему Святейший Синод, полагаясь на отзывчивость православного русского народа ко всему доброму, и призывает его в 6 день января 1902 года к сбору доброхотных пожертвований на нужды Березвечского и Красностокского монастырей, дабы поддержать, кто сколько может, начинающееся православно-русское дело на Западной окраине нашего отечества. И мы верим, что настоящий призыв высшей духовной власти найдет живой отклик в сердцах русских людей, и приношения, собранные по всем концам России «в день светов», помогут «сестрам просвещения» Березвечского и Красностокского монастырей ярким светом возжечь светильники православия и русской народности в многострадальном крае. Надеемся, что пастыри церковные живым словом поучения расположат своих пасомых в пользу вновь народившихся обителей.

Независимо от сбора 6 января 1902 года пожертвования деньгами и вещами могут быть посылаемы в Хозяйственное Управление при Святейшем Синоде (здание Св. Синода) и непосредственно в монастыри Березвечский – Виленской губ., Дисненского уезда, местечко Глубокое, настоятельнице Сергии и Красностокский – ст. Дуброво, Сокольского уезда, Гродненской губ., игумении Елене.

1-Березвечский монастырский комплекс. 1930-е гг.

2-Березвечский монастырь. Нач. XX века

3-Глубокое. Березвечский монастырь. Нач. XX века

4-Красностокский женский монастырь

5-Внутренний вид Красностокского собора

6-Второклассная школа при Красностокском монастыре

7-Икона  Божией Матери Красностокская в Спасо-Евфросиниевском монастыре







Возврат к списку

Вернуться на главную страницу


Расписание богослужений

13/26 сентября, среда

Предпразднство Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня. Память обновления (освящения) храма Воскресения Христова в Иерусалиме (Воскресение словущее). Сщмч. Корнилия Сотника.

5.45 Полунощница. Молебен у мощей прп. Евфросинии.

7.15 Часы. Божественная Литургия.

14.30 9 час. Малая вечерня с акафистом Честному и Животворящему Кресту Господню.

17.00 Праздничное всенощное бдение с чином Воздвижения Креста Господня.

Смотреть все

Православный календарь

13 / 26 сентября, среда

Память обновления (освящения) храма Воскресения Христова в Иерусалиме (Воскресение словущее) (335). Предпразднство Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня. Сщмч. Корнилия сотника (I).

Мчч. Кронида, Леонтия и Серапиона (ок. 237). Мчч. Селевка и Стратоника (III). Мчч. Макровия и Гордиана (320). Сщмч. Иулиана пресвитера (IV). Мчч. Илии, Зотика, Лукиана и Валериана (320). Прп. Петра в Атрое (IX). Вмц. Кетевани (Кетеван), царицы Кахетинской (1624) (Груз.).

Сщмчч. Стефана Костогрыза, Александра Аксенова пресвитеров и Николая Васюковича диакона (1937).

Смотреть все

Каталог TUT.BY