Из показаний священномученика Николая Околовича, данных на допросе в Витебской тюрьме 10 декабря 1931 года

«Настоятельница Полоцкого Спасо-Евфросиньевского монастыря игуменья Иллариона с юных лет поступила послушницей в этот монастырь и прожила в нём всю свою жизнь. Когда она была ещё сравнительно молодой монахиней и именем Маргариты, то игуменьи монастыря почти ежегодно посылали её, вместе с другими монахинями, в столичные и другие города России для сбора добровольных пожертвований для построения нового большого храма в честь Воздвижения Честнаго и Животворящего Креста Господня. Расторопная, словоохотливая монахиня Маргарита собирала больше всех своих сотрудниц. Кажется она одна собрала пожертвований почти столько, сколько все остальные её сотрудницы вместе взятые. Во время перенесения мощей Преподобной Евфросинии она сама с монахинями ездила в Киев. Неудивительно, что Преподобная являлась ей во сне, так как она весьма много потрудилась во славу Её. Перед смертью игуменья Иллариона постриглась в схиму... Это весьма редкое, исключительное явление в нынешних монастырях.

Монахиня Нина Боянус. Того же Полоцкого Спасо-Евфросиньевского монастыря, дочь помещика, получила прекрасное европейское образование, знала несколько языков, в том числе английский. За свои добрые качества ума и сердца монахиня Нина пользовалась неизменным благорасположением тогдашнего Полоцко-Витебского епископа Серафима (Мещерякова)... и всеобщим уважением и любовью всех монахинь, преподователей, преподовательниц и воспитанниц Полоцкого Спасо-Евфросиньевского женского духовного училища, начальницей которого она состояла. В 1910 году из всех жительниц Полоцка монахиня Нина только одна в совершенстве владела английским языком. Это знание весьма пригодилось во время Полоцких торжеств по случаю перенесения мощей Преподобной Евфросинии. На эти торжества из Англии приезжал уполномоченный Англиканской Церкви, секретарь особой Комиссии по вопросу о соединении Англиканской Церкви с Русской Православной (фамилии его не помню)… Монахиня Нина, присутствовавшая на всех Архиерейских богослужениях в Полоцком Свято-Николаевском соборе 20, 21 22 мая, и в Спасо-Евфросиньевском монастыре 22 и 23 мая... переводила ему... О дальнейшей судьбе м. Нины ничего не знаю...

Монахиня Евлампия... большую часть своей долгой жизни провела в Полоцком Спасо-Евфросиньевском монастыре и умерла года два тому назад в глубокой старости, в возрасте свыше 90 лет. В монастыре её считали «Христа ради юродивой» и «прозорливой». Она большую часть дня проводила в одиночестве и молчании. Редко с кем разговаривала и говорила не прямо, понятной речью, как все говорят, а как-то таинственно... отрывочными словами и фразами, всегда намекая на что-то будущее, что должно исполниться или в жизни монастыря и его насельниц, или в жизни посторонних людей, которые приходили или приезжали к ней за советом... Большей частью её советы и таинственные предсказания исполнялись.

Витебское Спасо-Евфросиньевское подворье... находилось в г. Витебске на Верхне-Набережной улице в небольшом деревянном одноэтажном доме № 61. Когда я был настоятелем Витебского Николаевского кафедрального собора (1920–1922) в этом доме проживало 5–6 монахинь. Я в этом подворье был, кажется, три раза...»

(Архив УКГБ по Витебской области. Дело 15759 п, т. 1, лл. 294–294 об.).