Пароменский Павел Владимирович

Родился 15.12.1881 в г. Невель Витебской губернии, с 1883 проживал в г. Витебске.

1896 – окончил Витебское духовное училище;

1896–1902 – учеба в Витебской духовной семинарии;

1902–1906 – учеба в Санкт-Петербургской духовной академии, которую окончил со степенью кандидата богословия;

1904–1906 – обучался в Санкт-Петербургском Императорском Археологическом институте;

27.10.1906 – 7.03.1911 – преподаватель литературы и дидактики в женском училище духовного ведомства в м. Паричи Могилевской губернии, исполнял обязанности секретаря правления, члена хозяйственного комитета училища и заведующего образцовой церковно-приходской школой;

1910 – награжден орденом св. Станислава III степени;

7.03.1911 – 1916 – инспектор классов, преподаватель словесности, литературы и дидактики в Полоцком женском училище духовного ведомства с утверждением в чине коллежского асессора, с 1912 – преподаватель истории русской литературы, педагогической психологии и методики русского языка;

1915 – в чине статского советника, проживал в г. Витебске по Троицкой улице;

декабрь 1916 – сентябрь 1917 – инспектор народных училищ в Семеновском уезде Нижегородской губернии;

сентябрь 1917 – 1918 – учитель литературы и педагогики в Витебской женской Мариинской гимназии;

с 1918 – староста прихода Спасо-Преображенской церкви г. Витебска (находилась на совр. улице Путна);

1918: с 1 сентября – районный заведующий Витебского городского продовольственного комитета, с 1 октября – помощник делопроизводителя общего отдела Военкома;

с 1.03.1919 – делопроизводитель канцелярии Витебского уездвоенкома, проживал в г. Витебске по ул. Никольская, д. 36;

сентябрь 1918 – сентябрь 1923 – заведующий 15-й школой 2-й ступени г. Витебска, преподавал русский язык и литературу;

1922 – выступил против изъятия церковных ценностей;

1923–1924 – работал в 7-й школе г. Витебска и железнодорожной школе при ст. Витебск;

1925–1928 – преподаватель и завуч железнодорожной школы при ст. Витебск;

1928–1932 – преподаватель русского языка и литературы в 9–летней железнодорожной школе в г. Могилеве и в школе взрослых повышенного типа;

1932–1933 – преподаватель белорусского языка в фабзавуче железнодорожной станции Витебск, а также русского языка и литературы в рабочей школе им. Горького г. Витебска;

с октября 1933 – преподаватель русского и белорусского языков в Витебском кооперативном техникуме, а также русского языка и литературы в рабочей школе им. Горького г. Витебска;

13.08.1936 – вместе с супругой, Надеждой Антоновной Пароменской, 1888 г. р., были арестованы Витебским горотделом НКВД и помещены в Полоцкую тюрьму в распоряжение Полоцкого ОКРО НКВД. Обвинялись в недоносительстве;

31.10.1936 – решением военного трибунала БВО, протокол №86, дело прекращено, супруги Пароменские были освобождены;

16.09.1938 – арестован УНКВД по Витебской области и помещен в Витебскую тюрьму. Обвинялся в участии в антисоветской группировке учителей г. Витебска, члены которой «...будучи связаны между собой, на протяжении ряда лет вели контрреволюционную агитацию, направленную на дискредитацию всех мероприятий партии и правительства, перенося свое контрреволюционное влияние на учащихся... выступали против избрания в волисполком бедняков и коммунистов, рекомендуя кулаков». Было установлено, что П. В. Пароменский и другие участники группировки в конце 1917 – начале 1918 на учительских съездах призывали учителей к саботажу работы при советской власти. В марте-апреле 1918 на губернском съезде учителей, проходившем в Витебске в здании бывшего крестьянского банка (соврем. Академия ветеринарной медицины), где присутствовало около 200 человек, П. Пароменский выступил со словами: «Мы с большевиками вместе работать не будем!». В результате группа из 17 учителей, не желая работать с большевиками, выделилась из учительского союза, организовав отдельный союз учителей, который существовал до 1919, после чего реакционные учителя перешли во вновь созданный союз работников просвещения и соцкультуры. Но Пароменский и некоторые другие преподаватели вообще перешли работать в железнодорожные школы.

Из протокола допроса П. В. Пароменского 13.03.1939:

«Вопрос: Какие факты контрреволюционных проявлений имелись у вас в классе со стороны учеников за время вашей работы в Могилевской школе?

Ответ: В каком году – не помню, кажется, в 1929 или в 1930, кажется. В 6 классе один из учеников в классе, где я был групповодом, фамилию его не помню, на перерыве выпустил из рогатки кусок бумаги в портрет Ленина. Этот поступок обсуждался на педсовете, решался вопрос об исключении ученика из школы. Я же, как групповод, высказывался против применения такой суровой меры, усматривая из объяснений ученика случайность этого проступка. Меня тогда педсовет обвинил в том, что я взял под защиту этого ученика... Я учитывал скромное поведение ученика в классе... Мне его было просто жаль.

Вопрос: В кооптехникуме вы проявили себя в контрреволюционном нацдемовском духе. Что вы сейчас скажете?

Ответ: В начале учебного 1937/1938 года мною давалась вступительная лекция на 1-м курсе по белорусскому языку, в которой я разъяснял природу, сущность и происхождение этого языка. Для большей наглядности и доказательства привел историческое разъяснение терминологии, раскрывающей природу белорусской мовы. Что она индо-европейская, славянская, русская, полоцкая мова Белой Руси и, наконец, БССР. Я не ставил себе задачу выяснить социальный состав, экономику славян и Белой Руси, а давал только схему, объяснявшую эту терминологию. Для этого рисовал даже дерево развития славянской мовы. В учебном плане у меня не было задач излагать историю славян и развития Белой Руси, а продиктовал я эти заметки только потому, что ученики не запомнили устных объяснений по карте и на доске. Короткая запись этих сведений в тетрадях была представлена учителем истории директору техникума, который заявил мне, что так историю излагать нельзя – пропущены существенные моменты: классовая борьба, социальный состав, сущность социалистической революции. Этот вопрос рассматривался на педколлективе в октябре 1937 года, были отдельные высказывания, что с моей стороны это была халтура.

Вопрос: Это, кроме халтуры, является еще фактом контрреволюционного нацдемовского проявления с вашей стороны. Это подтверждаете?

Ответ: Ни в коем случае. Это ошибка, только не идеологического, а методологического характера.

Вопрос: Зачем же вы брались не за свое дело?

Ответ: Мне хотелось, чтобы ученики лучше разобрались в терминологии, они не знали, что такое славяне и Русь».

Из резолюции заседания педсовета Витебского кооптехникума 29.10.1937 в отношении ошибки П. В. Пароменского:

«Заслушав информацию о допущенных т. Пароменским извращениях в изложении краткого очерка истории БССР в трех группах 1-го курса, педагогический совет констатирует:

1) в изложении материала совершенно отсутствуют указания о классовой борьбе в истории Белоруссии;

2) белорусский народ до Октября трактуется, как единое целое;

3) не указано о социалистическом характере Великой Октябрьской революции, освободившей белорусский народ не только от национального, но и социального гнета.

Все это показывает, что история БССР освещена с нацдемовской позиции.

Исходя из вышеизложенного педсовет постановляет:

1) Считать необходимым изъять конспекты по истории БССР у студентов 1-го курса;

2) Разъяснить студентам сущность извращений, допущенных Пароменским;

3) Проверить преподавание белорусского языка и литературы;

4) Этот факт обязывает всех преподавателей техникума еще больше обратить особого внимания на правильное изложение материала своих дисциплин и освещение его с позиций марксизма-ленинизма;

5) Педсовет обязывает всех преподавателей систематически работать над повышением своего политического уровня. Считать необходимым организовать политзанятия для преподавателей».

8.04.1939 – постановлением прокуратуры Витебской области обвинение следствия было признанным недоказанным, в частности:

«Обвинения Пароменского П. В. в том, что он:

- высказывался против исключения одного из учеников, совершившего контрреволюционный проступок;

- в 1936–1937 гг. восхвалял старую школу и жизнь учителей;

- осенью 1937 года на уроке проводил нацдемовщину – не вскрывал классовой борьбы при изложении ученикам истории белорусского языка, объяснив это впоследствии тем, что пользовался старыми учебниками – не могут служить достаточным материалом для обвинения его по ст. 72 УК БССР;

Вполне верно, что в первые годы Советской власти часть интеллигенции была колеблющейся и не пошла сразу за Советской властью, но, впоследствии убедившись в правильности генеральной линии ВКП(б), перешла на сторону Советской власти, честно и преданно выполняя свой долг гражданина СССР. В этом факте нет состава уголовно наказуемого преступления и в вину указанным лицам он не может быть вменен»;

10.04.1939 – освобожден из-под стражи после шести месяцев заключения в Витебской тюрьме;

сентябрь 1941 – ноябрь 1943 – заведующий церковным отделом Витебской городской управы, секретарь Витебского окружного благочиннического управления, осуществлял руководство религиозными учреждениями на территории Витебской области. По его инициативе с 12.07.1942 в церквях г. Витебска проводились занятия с детьми по изучению Закона Божия, а 12.07.1943 открылись пастырские курсы Витебского Окружного благочиннического управления, которыми лично заведывал и преподавал на них. Трудами Павла Пароменского был подготовлен и отпечатан в типографии «Краткий молитвослов», возобновлены богослужения в более чем десяти православных церквях и пятнадцати старообрядческих молитвенных домах, организовано проведение съезда уполномоченных представителей духовенства и мирян Полоцко-Витебской епархии 15–16.06.1943. В 1943 подготовил к изданию церковный календарь и организовал перенесение мощей преподобной Евфросинии из Витебской Покровской церкви в Полоцкий Спасо-Евфросиниевский монастырь;

17.11.1943 – вывезен немецкими оккупантами в Иллукстский уезд Латвии, проживал в Курцумской волости на хуторе Эзеркални и являлся уездным представителем эвакуированного русского населения перед местной немецкой военной администрацией в период 22.01.1944 – 15.07.1944, занимаясь вопросами оказания материальной и медицинской помощи эвакуированному русскому населению, его трудоустройства и образования;

9.09.1944 – арестован Иллукстским уездным отделением НКВД;

30.09.1944 – постановлением НКГБ Лавийской ССР дело прекращено;

5.10.1944 – освобожден из заключения (реабилитирован 28.02.2000 органом прокуратуры Латвийской Республики);

1944 – вернулся в г. Витебск;

1945 – арестован в г. Витебске. Обвинялся в опубликовании в оккупационных изданиях статей с критикой воззвания патриарха Сергия (Страгородского);

31.03.1945 – постановлением военного трибунала войск НКВД Витебской области приговорен к заключению в ИТЛ сроком на 10 лет и конфискации имущества;

ноябрь 1955 – июль 1963 – вместе с семьей проживал в г. Двинске (совр. г. Даугавпилс);

8.07.1963 – скончался в г. Даугавпилс, погребен на православном городском кладбище, расположенном около Николаевской церкви.

Источники:

Архивная справка №16.3.-1/П-32 Департамента ЗАГС Министерства юстиции Латвийской республики.

Архивная справка №4-G-7361/2006/от 30.08.2006 Латвийского государственного исторического архива.

Архив УКГВ РБ по Витебской области, д. 6551-П, д. 23631-П.

Воспоминания прихожан Казанской церкви г. Витебска.

ГАВО. Фонд 2290. – Оп. 1. – Д. 25.

Государственный архив Латвии. Фонд 1986. – Оп. 2. – Д. 578.

Текст приводится по изданию: Статистические сведения о духовенстве и приходах Полоцко–Витебской епархии  / Судьбы православного духовенства и мирян Витебщины (1917–1990). По страницам архивных документов / сост. свящ. Владимир Горидовец. Витебск, 2012.